Казахстану необходим Закон «О лоббистской деятельности»

Февраль 19, 2007
Инвестиционные риски в Казахстане  ·    

Я давно являюсь сторонником принятия в Казахстане закона о регулировании лоббистской деятельности. По многим причинам. Первая и самая основная заключается в том, что де-факто лоббизм в Казахстане есть. Теперь это нужно признать де-юре. Он существовал и в Советском Союзе, и после его распада. К сожалению, во многих постсовестких государствах лоббистская деятельность настолько тесно переплелась с коррупционными явлениями, что, многие люди стали ставить знак равенства между понятиями «лоббизм» и «коррупция». Хотя на Западе достаточно давно лоббизм прошел эволюцию «от коррупции к информации». То есть там лоббистская деятельность рассматривается, как дополнительный канал информации, через который институты гражданского общества и бизнес-сообщество может презентировать структурам государственной власти профессиональную точку зрения на актуальные проблемы.

Вторая причина в пользу принятия данного закона состоит в том, что он позволит хотя бы частично (замечу, я четко осознаю, что этот закон не является панацеей, и он не избавит нас полностью от теневого лоббирования) институтам гражданского общества и, в частности НПО, принимать более активное участие в процессе разработки и реализации политических решений.

Конечно, не во всех странах западной демократии приняты такие законы. Почему? Потому что в той же самой Германии, где такой закон отсутствует, по крайней мере, в том виде, в каком он присутствует в США, давно создана эффективная модель взаимоотношений между гражданским обществом и государством. По сути, там нет большой необходимости в том, чтобы дополнительно узаконивать эти взаимоотношения: институты гражданского общества в Германии априори имеют полное право участвовать в процессе принятия политических решений.

У нас, к сожалению, пока нет такой эффективной модели взаимоотношений между институтами гражданского общества и государством. И закон будет одним из шагов вперед - по крайней мере, он упадет в копилку построения этой модели.

В любом случае, пора уже легализовать лоббистскую деятельность, пора дать институтам гражданского общества дополнительный инструмент для того, чтобы защищать свои интересы. И здесь мы подходим к очень важному моменту. Речь идет о так называемом социальном лоббировании. Это относительно новое определение. В отличие от классического лоббирования социальный лоббизм изначально предполагает защиту интересов разных социальных групп с точки зрения долгосрочного развития государства и общества. И здесь, кстати, нет смысла искусственно ограничивать список лоббистов, включая туда только предпринимательские структуры. Это было бы ошибкой. И если классические лоббистские интересы часто замыкались на интересах узких групп – финансово-промышленных, политических - то социальное лоббирование создает широкую магистраль взаимоотношений между обществом и государством. При этом институты гражданского общества рассматриваются чиновниками не как враги, а как помощники. Почему, например, на Западе, многие государственные структуры, чиновники видят в лоббизме больше плюсов, чем минусов. А потому что, когда усложняется социальная жизнь, когда увеличиваются потоки альтернативной информации и появляется большое количество законопроектов, которые должны регулировать не менее значительное количество разных сегментов жизнедеятельности общества никакая государственная структура, никакой чиновник не сможет в этой ситуации быстро, грамотно и эффективно принять самые верные решения. И вот здесь многочисленные группы давления позволяют выбрать наиболее оптимальные решения, которые необходимо рассматривать. Поэтому и говорят, что современный лоббизм трансформировался от банальной коррупции к информации. В Казахстане сейчас существует американский лоббизм конца 19-начала 20 века, когда «теневая политика» по своей мощи и влиянию превалировала над публичной сферой, и многие вопросы решались в узком кругу «жирных котов».

На данный момент, можно выделить две основные формы политической коммуникации в рамках лоббистской деятельности характерные для Казахстана.

1. Коммуникация посредством использования неформальных контактов (прямой или внутренний лоббизм). Посредником в таком виде коммуникации является человек, владеющий технологией «Know how» (знать как) + «Know who» (знать того, кто именно может быть полезен). Такой вид коммуникации активно используют институциональные группы давления, действующие внутри политической системы. Для большинства социальных групп, находящихся вне политической системы, такой вид коммуникации практически недоступен.

2. Коммуникация, осуществляемая через использование средств массовой информации (непрямой лоббизм). Давление на институты политической власти оказываются путем формирования благоприятного для заинтересованной группы общественного мнения.

Некоторые эксперты считают, что опыт большинства постсоветских государств показал, что для успешной лоббистской деятельности такая группа должна иметь:

  • своего представителя в верхах пирамиды власти;
  • экспортно - импортную структуру, желательно максимально монополизировавшую свой сектор сбыта продукции;
  • собственную финансово-банковскую структуру;
  • дружескую фракцию или политическое движение;
  • средство массовой информации.

Если обратиться к современному опыту США, то там сейчас существуют специализированные лоббистские организации, так называемые «Вашингтонские представительства», которые часто возглавляют бывшие чиновники. При этом все – и лоббисты и лоббистские организации – по закону 1946 года (который был переработан и дополнен в 1995 г.) обязаны регистрироваться в палате представителей Конгресса. Там точно указывается, кто стоит за этим лоббистом, какие суммы ему предоставляются. Хотя, даже не смотря на эту прозрачность, в США иногда вспыхивают скандалы из-за взяток и «теневого лоббирования». Например, недавно в отставку ушел Том Дилэй, лидер фракции республиканцев и один из главных соратников президента в конгрессе. Дилэю предъявили обвинения в отмывании денег на сумму $190 тысяч долларов, которые якобы несколькими крупными финансовыми корпорациями США были переданы республиканцам на проведение выборов. Довольно универсальная практика лоббизма во всем мире, но в США именно в такой форме она запрещена. Практически вслед за этим, грянул другой скандал также связанный с лоббистской деятельностью. Министерство юстиции США собирается провести следствие в отношении высокопоставленных политиков, подозреваемых в том, что они брали взятки у известного лоббиста Джека Абрамоффа.

Как ни странно, но сам факт появления данных скандалов связанных с незаконной лоббистской деятельностью в США, говорит больше о положительных тенденциях, чем о негативных. Местная система контроля через модернизированный в 1995 году закон о лоббизме вроде бы работает, так как при любой президентской администрации, в Соединенных Штатах хорошо помнят слова Франклина Рузвельта о том, что правление с помощью организованных денег ничуть не менее опасны, чем правление при помощи организованной толпы. Более того, несмотря на возникновение таких скандальных ситуаций, они вряд ли должны давать повод для очередного злорадства, особенно со стороны многих постсоветских государствах, где закона регулирующего лоббистскую деятельность вообще нет, а его разработка и принятие не редко умышленно затягивается.

Один из плюсов любой плюралистической и конкурентной политической системы состоит в том, что любые злоупотребления вылезут наружу именно потому, что в противовес тем структурам и чиновникам, которые злоупотребляли своим властным положением, работает много других лоббистских структур, которые приложат все усилия, чтобы поймать своих конкурентов на этих неблаговидных действиях. И в Казахстане этот механизм может заработать. Но не только с принятием одного этого закона. Необходимы комплексные меры. Я думаю, если будет реализована программа политического реформирования, это создаст очень хорошие условия, чтобы данный закон стал работать более эффективно. Ведь для того, чтобы придти к социальному лоббированию нужно, кроме принятия этого закона, параллельно создавать полноценное гражданское общество в качестве равноправного партнера власти.

Кроме того, рано или поздно появление публичных электоральных политиков и проведение регулярных избирательных кампаний создадут условия, при которых крупные финансово-промышленные группы, активно лоббирующие интересы внутри политической системы, станут играть роль финансовых спонсоров тех или иных политиков. Это считается одной из классических форм воздействия на власть в условиях либерализации политических отношений. И к этому надо готовится уже сейчас. В то числе через закон о лоббизме, так как оборотной стороной медали этих процессов будут скандалы аналогичные тем, что наблюдаются в США. При этом увеличатся объемы рынка лоббистских услуг. В тех же США на оплату деятельности лоббистов в год тратится около $1,6 миллиардов долларов.

Что касается вопроса о перспективах развития групповой политики в Казахстане, то можно согласиться с этапизацией российского политолога С.Перегудова. По его мнению, эволюция групповой политики шла по линии трансформации: посттоталитарный бюрократический корпоративизм - индивидуально-групповая форма лоббизма в годы перестройки, когда рассыпались старые стабильные системы - анархический (или дикий) лоббизм в постсоветский период - корпоративистско-плюралистичекий лоббизм к концу 90-х гг. Данная этапизация в полной мере подходит и к политической системе Казахстана, чья трансформация будет оказывать существенное влияние на форму и содержание лоббистского механизма. И развитие групповой политики, по моему мнению, следует рассматривать именно с точки зрения корпоративистско-плюралистической формы лоббистской структуры. Тем самым перспективы лоббизма в Казахстане будут зависеть от того, какой из двух основных типов представительства интересов (корпоративный или плюралистический), будет превалировать.

Тэги:

Комментарии

Оставьте Ваш комментарий...





  • Реклама


MAXCACHE: 0.21MB/0.02344 sec